Мистер Минц уставился на него, два раза откашлялся и застыл в прежнем положении - лицом к сцене.

Было очевидно, что он счел разговор законченным. У мистера же Чиддена, наоборот, назрело много вопросов, и только было он собрался задать один из них, как свет в зале стал гаснуть и наступила тишина. Мистер Чидден взглянул на сцену и увидел, что занавес поднимается.

По мнению мистера Чиддена, первый акт получился несколько затянутым. Слишком много пустых разговоров и никакого действия. К его концу у мистера Чиддена появилась смутная догадка, что мужчина с бородой и проседью в волосах пытался склонить жену маленького человека в халате к побегу от мужа. Но мистер Чидден не мог понять, кто жена: дама в голубом бархатном платье, отделанном белым мехом, или дама с циничной улыбкой, лежавшая на диване и курившая сигареты. В общем, он был разочарован первым актом, и, когда занавес опустился, мистер Чидден повернулся к своему коллеге и сказал ему об этом.

- Замолчите и аплодируйте! - ответил мистер Минц, не глядя на него.

Мистер Чидден внезапно осознал, что забыл о своих прямых обязанностях. Стремясь наверстать упущенное, он сложил ладони так, что звук от аплодисментов походил на раскаты грома. Он совершенно забыл о своей репетиции в подвале. Опомнился он только тогда, когда мистер Минц рявкнул ему в ухо:

- Не так громко, ты, болван!

Мистер Чидден стал хлопать тише. Когда шум стих и занавес опустился, скрыв актеров, которые вышли на последний поклон, мистер Чидден наклонился к соседу и решительно прошептал:

- Я не болван, мистер Минц.

Мистер Минц не обратил внимания на его слова. Он не повернул головы и не вымолвил ни слова. С минуту мистер Чидден в упор глядел на него, потом отвернулся и углубился в изучение программки.

Второй акт был лучше. Мужчина с бородой начал действовать. Он стал настойчиво приглашать даму в голубом платье с белым мехом в отдельный кабинет в ресторане.